?

Log in

No account? Create an account
Хроники заката цивилизации
Бессмысленная борьба с упадком и деградацией
Русская армия после февраля 1917 г. Начало распада. 
12th-Dec-2007 10:25 am
malta

Заказной пост о русской армии на рубеже 1916-1917 гг. В итоге вылился в текст посвященный больше проблеме распада армии, доведенный до осени 1917 г. Публикую здесь первую его часть, посвященную послефевральской ситуации в армии, проблеме "Приказа №1" и последовавшим за ним событиям.

Победу Февральской революции в Петрограде определило восстание в трех полках лейб-гвардии (Павловском, Волынском и Пре-ображенском). Для понимания ситуации важно то, что это были гарнизонные полки, стоявшие в Петрограде и одновременно бывшие запасными полками служащими для докомплектации гвардейских частей на фронте. Реально, это уже не была гвардия, потому что к этому времени она утратила самое главное отличие гвардейского корпуса – его элитарный характер, особое внимание к преемственности традиций и тщательную выучку личного состава. По своему содержанию это были обыкновенные запасные пехотные полки, которые ничем не отличались от своих армейских подобий. Комплектование офицерами и нижними чинами было совершенно одинаково, разве что полки стояли в столице, а не в провинции.

Императорская армия и, в первую очередь, гарнизонные запасные части были вполне готовы к революции. Точнее сказать не к революции, а к тому хаосу, который революция несла с собой. Эта анархия отражала настроения солдатских масс и витала в воздухе с первых же дней беспорядков. Происходящее в стране, солдаты (и прежде всего солдаты тыловых гарнизонов), воспринимали через призму собственных, в целом несложных желаний, перемены были нужны им для того, чтобы не идти на войну. Все остальные требования – политические, экономические, социальные были лишь ширмой для прикрытия главного – стремления домой. Как вспоминал полковник Б.В. Фомин служивший в 1917 году в запасном батальоне лейб-гвардии Измайловского полка: «…большинство же (солдат – М.Д.) видело в этих беспорядках лишь средство для удовлетворения самых разнообразных шкурнических интересов и для борьбы с офицерами» .

Но для того чтобы заставить прислушиваться к своему мнению солдатам нужны были элементы организации, особенно важные в условиях, когда в стране возник вакуум власти. Необходимы были новые властные органы. И такие органы были найдены - ими оказались Советы – продукт рабочего забастовочного движения времен революции 1905 – 1907 годов. Советы имели в глазах либеральной общественности авторитет органов, не запятнанных в связях со старым режимом, а их специфичный характер стихийного формирования как нельзя лучше подходил революционным партиям.


Вечером 27 февраля 1917 г. спешно избранные делегаты от предприятий и воинских частей столицы собрались на первое заседание Совета. На нем была образована военная секция Петросовета, в состав которой вошли солдатские депутаты. Уже с первых дней Совет показал себя как орган, представлявший не столько социальные группы, сколько себя политические партии социалистического толка, получившие по два (а с 18 марта по три) места в Исполкоме. Политики-профессионалы быстро забрали руководство неорганизованной и плохо образованной массой депутатов в свои руки, тем более что сделать это оказалось не так уж трудно.

На протяжении первых месяцев после революции в Советах и войсковых комитетах гарнизонов Верхневолжья боролись две тенденции. Первая, это разрушительно анархическая стихия вызванная к жизни нежеланием солдат продолжать войну и идти на фронт. Вторая - это сила здравого смысла, связанная с пониманием необходимости сохранения сильной государственной власти, организации и дисциплины. Основным вопросом для армии в первые дни и месяцы революции стал «Приказ №1» Петроградского Совета от 1 марта 1917 года. Обращаясь к истории появления приказа, мы видим, что он не был выпущен по инициативе Петроградского Совета. Совет лишь санкционировал принятие фактически навязанного радикально настроенными солдатами столичного гарнизона, документа. Приказ полностью сводил на нет все попытки Временного комитета Государственной думы подчинить себе гарнизон столицы. Роль «Приказа №1» в разложении армии неоднозначна. С одной стороны он прямо санкционировал и поощрял распад военной системы, но с другой стороны он вполне четко выражал стремления солдат. Если бы «Приказ №1» не появился, его роль несомненно досталась бы другому документу с подобным смыслом. Однако последствия появления приказа были весьма существенными. На начало 1917 года по настоящему разложившимся и распропагандированным можно считать только столичный гарнизон. Именно его инициативой и был приказ, который после своего появления стал идейным обоснованием для разложения всей остальной армии.

Приказ №1 фактически «…вырвал Петроградский гарнизон из под власти офицерства». Размноженный в огромном количестве, он сразу же попал в гарнизоны, где солдаты сделали из него два главных вывода: офицеры теперь не имеют права командовать, нижние чины – имеют право не служить. Как писал впоследствии командующий Московским военным округом А.И. Верховский: «Масса поняла революцию, как освобождение от труда, от исполнения долга, как прекращение войны» . Приказ стал силой, которая втолкнула армию в политику. Солдатские комитеты и Советы, создаваемые согласно приказу, захватили в свои руки контроль над большей частью войск. Военное руководство и напуганное революцией офицерство, эту власть очень быстро упустили.

Ситуация с «Приказом №1» тем интересна, что первоначально он имел отношение только к войскам Петроградского гарнизона. Как отмечал генерал Ю.Н. Данилов: «…стремление солдат к принятию его (приказа – М.Д.) не справляясь с отношением к данному документу Временного правительства и главнокомандования действующей армии, - лучшая иллюстрация того, где была уже в то вре-мя реальная сила над этой распропагандированной массой» . Причем уже 5 марта в «Приказе № 2» Петроградский Совет заявлял, что «Приказ № 1» не имеет отношения к действующей армии, а выборы офицеров остаются в силе, если они утверждены или посланы на утверждение высшего начальства . Из этого мы видим, что даже эсеровско - меньшевистские лидеры Совета скоро поняли всю пагубность потворства анархическим инстинктам толпы.

Но не только «Приказ № 1» способствовал развалу армии. Временное правительство своими действиями само толкало войска к катастрофе. Об этом говорит ситуация, сложившаяся вокруг «Декларации прав солдата». 5 марта военный министр А.И. Гучков издал приказ № 114 «Об организации армии на новых началах», тем самым санкционируя большинство содержащегося в «Приказе № 1». В марте 1917 г. по распоряжению Гучкова была создана комиссия по демократизации армии под председательством генерала А.А. Поливанова. Комиссия первым делом принялась за разработку «Декларации», что свидетельствовало о фактической капитуляции военного руководства перед стихией распада, которую оно уже не могли сдержать. «Декларация» оказалась готовой к концу апреля и представляла собой слегка смягченный вариант «Постановления об общих правах солдат», принятого незадолго до этого Петроградским Советом на основе «Приказа № 1» . Согласно этому документу, военнослужащие могли принимать участие в политической деятельности, вступать в любую политическую партию, пропагандировать любые идеи (в том числе антивоенные и антигосударственные), в воинских частях могли свободно распространяться любые печатные издания, упразднялись дисциплинарные взыскания. Но даже таких, совершенно недопустимых для армии мер, было мало Советам, они требовали большей демократизации армии .

12 апреля Гучков подписал приказ № 213 о выборных организациях в армии и на флоте. Он узаконивал деятельность комитетов и Советов, одновременно пытаясь ограничить их работу рамками хозяйственной жизни и улаживания конфликтов. Но даже такой приказ, фактически работающий на дело Советов, был воспринят революционной общественностью крайне негативно. По всей стране Советы принимали резолюции, требующие его отмены.

Гучков, видя пагубность «декларации», отказался ее утверждать. Когда же, после апрельского кризиса, военным министром стал А.Ф. Керенский, он вопреки мнению совещания старших военачальников в Ставке утвердил «декларацию» в форме приказа «О правах военнослужащих», хотя сам отмечал всю опасность такого действия. Кроме того, Керенский 20 мая, уступая нажиму Советов, отменил в приказе № 213 часть касающуюся ограничения деятельности солдатских комитетов.

Продолжение следует...

This page was loaded Oct 16th 2019, 10:37 pm GMT.